Наркотрафик: «Талибан» меняет правила, кого в России «ломка» ждет?

Наркотрафик: «Талибан» меняет правила, кого в России «ломка» ждет?

Афганистан устойчиво ассоциируется с производством и трафиком опиатов. Мак неприхотлив, растет сам по себе, ухода не требует, а продавать его гораздо выгоднее, чем любую другую сельскохозяйственную культуру.

По данным Управления ООН по наркотикам и преступности (UNODC), в допандемийном 2019 году в Афганистане изготовили 6,7 тонны опиума. Это на 21% больше, чем в 2018. И львиная доля ответственности за это лежит на США. До ввода в эту страну войск коалиции во главе с США там было около двух тысяч гектаров маковых полей, а к моменту вывода воинского контингента их стало уже 30 тысяч. Как это стало возможным?

Талибы*, захватившие власть в середине 90-х, объявили наркотикам беспощадную войну. В 1999 ими был издан указ об уменьшении опийных площадей, поскольку наркотики противоречат исламу. Ослушников ждали арест и пытки. Недемократично, кто ж спорит. Но, в результате этих драконовских мер, по данным UNODC, маковые посевы сократились с 83 тысяч гектаров до двух тысяч. Снизился и наркотрафик.

Но тут грянул 2001 год. Теракт 11 сентября развязал американцам руки. В результате военной операции талибы потеряли власть. Главой страны стал рукопожатный Хамид Карзай, правда, контролировавший только столицу, но кого же волнуют такие мелочи, когда на кону демократические ценности?

И — вот незадача — маковые поля начали расти, как на дрожжах. Опять потянулись длинные нарко-караваны в соседний Пакистан. Но американцев афганский наркотрафик по-прежнему волновал мало, потому как силы они бросили на борьбу с врагом № 1 — исламскими радикалами.

Правда, злые языки утверждают, что американская разведка не только располагала информацией обо всех маршрутах доставки наркотиков, но и всячески обхаживала полевых командиров, которые «крышевали» плантации опиумного мака. И намекают, что в Европу опиаты попадали на самолётах, регулярно взлетавших с баз в Баграме и Кандагаре — из Афганистана, где Вашингтон «демократию» строил.

На очередном историческом витке американцы, (как и их союзнички- британцы) драпанули, а в Кабул вошли талибы. Что будет с выращиванием, производством и трафиком наркотиков дальше?

— Борьбу с наркотиками очень сложно регулировать внешним фактором, — считает ветеран спецслужб Александр Михайлов. — В период пребывания талибов у власти объемы производства наркотиков в Афганистане сократились в сто раз не случайно. Нетерпимое отношение к этому злу — принцип, который декларирует их религия, их внутренняя установка.

Но война вовлекла и их в наркотрафик. Это был способ получения денег, необходимых для ведения боевых действий. Как изменится ситуация сейчас — вопрос открытый. Но сами талибы уже заявили, что будут бороться с этим злом. Насколько им можно верить — судить не берусь. Но факт остается фактом: все, что имеет отношение к наркотикам и вообще психотропным веществам — недопустимо для талибов. И если они вернутся к той политике, которую проводили до ввода в Афганистан сил коалиции, то объем наркотиков, производимых в Афганистане и транспортируемых через его территорию, резко уменьшится.

Талибы уже не те, какими они были, когда только их движение начало формироваться. Тогда это была абсолютно средневековая культура, противостоявшая многим цивилизационным ценностям и благам.

А сейчас талибы, к примеру, благосклонно относятся к съемкам на телевидении. Это уже прогресс, свидетельствующий о том, что потихоньку происходит их социализация.

Есть еще одно обстоятельство, которое позволяет смотреть оптимистично на проблему: героин и наркотические вещества растительного происхождения в последнее время теряют часть рынка, потому что на него вбрасываются синтетические наркотики. Они гораздо токсичнее и опаснее для здоровья. Но произвести их можно где угодно. А поскольку спрос падает, то и производство опиумного мака должно сократиться.

«СП»: — Некоторые эксперты полагают, что если «Талибан», (его деятельность в России запрещена) не станет заниматься наркотрафиком, это будут делать сторонники ИГИЛ* (признано террористической организацией, её деятельность в России запрещена), обосновавшиеся в Афганистане после того, как потерпели поражение в Сирии. И «Талибан» может с ними не справиться.

— Наши эксперты, в большинстве своем, это люди, которые перестали заниматься вирусологией и принялись за Афганистан. Лично я не делаю долгосрочных прогнозов. Надо посмотреть, как будут развиваться события дальше.

В любом случае, то, что происходит в Афганистане, представляет большую угрозу для всего мира. Количество беженцев будет все увеличиваться в среднеазиатских республиках, и это будет провоцировать очень серьезные негативные процессы у наших ближайших соседей. Европа тоже окажется в сложном положении, потому что кроме беженцев с Ближнего Востока и Африки добавятся еще и афганцы.

«СП»: — Можно ли надеяться, что они всё-таки хлынут в Европу, а не захотят остаться в России? Или нас тоже эта волна накроет?

— Не накроет. Мы же выстраиваем в рамках ОДКБ пояс безопасности по границам наших бывших союзных республик, так что свою границу мы будем охранять на дальних рубежах.

«СП»: — Под защитой на дальних рубежах что подразумевается?

— Я имею в виду сотрудничество со странами ОДКБ. Мы должны защищать Россию по внешнему периметру этих стран. Мы будем помогать им охранять их границы, чтобы обеспечить собственную безопасность.

В последнее время я встречал много крайне жестких критических постов по поводу внешней политики России.

Переговоры с талибами трактуются чуть ли не как предательство самих себя, поскольку «Талибан» — запрещённая в России организация. Но политика — это искусство возможного, если нам надо обеспечить безопасность страны, то привычные подходы приходится корректировать, и даже идти на сделку движениями, которые по нашим внутренним установкам нам не очень близки.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика