Гастарбайтер без патента и вида на жительство: Бери больше, кидай дальше!

Гастарбайтер без патента и вида на жительство: Бери больше, кидай дальше!

Российские власти подумывают над тем, чтобы оставить в стране нелегальных мигрантов — тех, чья виза истекла, срок приглашения на работу вышел, да и сама работа закончилась. А также тех, кто вообще находится в стране без документов. Для этого всего и нужно — поставить президентскую подпись под мораторием о высылке нелегальных иностранцев за рубеж.

Действие не сложное и отработанное. Владимир Путин уже продлял введённый им в апреле 2020 года запрет на высылку мигрантов. И он может сделать это вновь, особенно если его хорошо попросят.

У меня от этой новости начало двоиться в глазах. Возникло две картинки. Идеальная. Где я утром здороваюсь с дворником, и он отвечает мне по-русски от души, потому что он хорошо зарабатывает. Где я могу одолжить деньги консьержке, потому что у неё, похоже, действительно сложная ситуация, в противном случае она бы не попросила. А ещё я оставляю ей ключи от квартиры, когда уезжаю в отпуск, и она поливает цветы на балконе и кормит моего кота. Где в очереди к врачу в поликлинике я слушаю бабушек, и они советуют мне народные средства от моей пустяшной простуды. Где я в лицо знаю своего участкового, ведь он постоянно наведывается к нам в дом с дежурной формулировкой «Просто обхожу участок».

Там, в этом идеальном мире, я не переживаю за ребёнка, решившего погулять за пределами нашего двора, и он спокойно берёт с собой на прогулку телефон. Мой двоюродный брат с гордостью сообщает мне, что его компания построила очередной дом в Сибири, потому что он сам участвовал в его строительстве. Моя жена спокойно может задержаться на работе допоздна и идти от станции метро одна любым маршрутом. На выходе из магазина никто не попытается вырвать у меня тележку, чтобы получить несчастную монетку в десять рублей. А я с продуктами спокойно могу дойти до дома, срезав путь через двор соседней пятиэтажки. И в тот же вечер я иду в парк на пробежку…

А вот реальная картинка. В ней дворник утром в ответ на моё приветствие в лучшем случае промолчит, а не скажет что-то на своём гортанном языке, непонятное, а то и злое, потому что ему ничтожно мало платят, и он вынужден жить в полуподвале. Где консьержка регулярно просит в долг и подрабатывает, чем придётся, потому что управляющая компания ей не платит совсем, а несчастные 500 рублей с каждой квартиры ей уже не хватает на жизнь. Но и я не могу одолжить ей денег, потому что не знаю, когда она мне их вернёт. Или она сбежит, как предыдущая, к себе на родину, так и не рассчитавшись с половиной подъезда. Где в поликлинике я с опаской смотрю на вышедшую из кабинета женщину в хиджабе и жду, не прибежит ли в скором времени её муж бить врача. Где мы с участковым полицейским в глаза друг друга не видели — не то, что за десять лет, а вообще — потому что он знать не знает нашего адреса. Зато прекрасно знает, где в нашем районе стоит мигрантская гостиница. Жители обходят её стороной даже днём.

Каждый раз, когда мой ребёнок гуляет во дворе, я время от времени выглядываю в окно, узнать, не ушёл ли он с детской площадки один и без предупреждения. Мой брат-инженер постоянно жалуется, что его не берут даже на стройку, хотя в городе постоянно возводят дома. Моя жена после работы идёт от станции домой только по освещённым улицам, делая большой круг, или просит меня встретить её у метро.

По вечерам, вместо прогулки до ближайшего в квартале магазина, я заказываю продукты с доставкой на дом, лишь бы не ходить по темноте. Конечно, это удобно! Но я с большим удовольствием собрал бы себе корзинку еды сам. А ещё — пошёл бы на пробежку в ближайший парк. Пока же регулярно бегать получается только с апреля по сентябрь, а в другое время года — лишь по выходным.

Очнувшись от этого раздвоения картины мира, я хочу спросить у правительства и президента: почему вместо привлечения в Россию квалифицированных специалистов, использования техники и развития технологий, мы зовем к себе самую неграмотную и неквалифицированную рабсилу из далеких азиатских кишлаков, которая готова стоять во дворе с метлой, обходиться на стройке чем придётся, а в полях вовсе работать голыми руками?

Мне отвечает директор Центра миграционной политики Ольга Чудиновских:

 — У нас так экономика развивается, что бурно растёт строительная отрасль, в которой широко используется неквалифицированный труд, так же невысоко оплачиваемый. Но если мы повышаем зарплату или нанимаем работников высококвалифицированных, то потом это отражается на конечной цене продукта. В том же жилищном секторе люди, которые покупают квартиру, просто заплатят гораздо больше за квадратные метры. А второй момент — почему-то, когда такие разговоры начинают вестись, никто не говорит, откуда взять граждан России в таком количестве. Особенно в условиях нынешнего демографического спада.

«СП»: — Но значит ли это, что нужно продлевать мораторий на высылку нелегалов? Разве так проблему решишь? Только по официальным данным, в России сейчас находится 5,5 миллиона иностранцев, по неофициальным — 10−12 миллионов, а разрешение на временное проживание есть всего у 900 тысяч…

— Нужно понять, что везде, где есть официальная миграция, будет и неофициальная. И по ряду причин часть мигрантов переходит из одной категории в другую. Почему так получается? У нас безвизовый порядок со странами, откуда идёт основной поток мигрантов. Никакого разрешения на въезд или рабочей визы им не нужно. Они указывают цель въезда — работа, и устраиваются, как могут. Патент, например, в Москве и Московской области очень дорого стоит. Заработки у мигрантов не очень высоки. И многие остаются вне сферы действия патентов, не платят налоги, не обращаются за документами.

Так, может, тогда не продлевать мораторий на высылку мигрантов из России? Ведь тем самым правительство по сути замораживает проблему, а не приближает её решение. В стране остаются не только те, кто действительно продолжает трудиться. Но и те, кто не может найти работу. В результате создаётся социальная напряжённость, растёт число преступлений, совершённых иностранными гражданами.

В обычных условиях нарушителей миграционного законодательства необходимо высылать с последующим запретом на въезд в Россию, соглашается заместитель директора Института стран СНГ Александра Докучаева. Но продление моратория — действенная мера в текущий период, когда иностранные граждане, легально въехавшие в Россию, не могут её покинуть из-за закрытых границ. А что касается последствий их задержки в России, то и здесь необходимо действовать по-человечески:

— Наше государство должно создать условия для продления легального пребывания мигрантов в стране, чтобы они могли объявить о себе, зарегистрироваться. Это позволит им найти работу. У тех, кто имеет основание получить долгосрочный статус, будет возможность его оформить. А кто-то сможет выехать домой, когда откроются границы, не боясь запрета на въезд в Россию. Это позволит им, наконец, не бояться каждого встречного полицейского, который у них проверит документы и будет деньги вымогать или посадит на три дня в камеру до выяснения личности.

Конечно, ситуация, когда нет работы, средств нет даже на еду, ведёт к нарастанию социального напряжения, следствием чего становятся стычки между самими мигрантами и преступления против граждан России. Участившиеся нападения на женщин (преступник всегда выбирает того, кто ему сдачи не даст) — тоже следствие затянувшегося кризиса. К преступникам — никакого снисхождения быть не может, хоть к гражданам России, хоть к иностранцам.

И все-таки гуманизм гуманизмом, но уважаемые эксперты, на мой взгляд, предпочитают не замечать глубинных последствий нынешней российской миграционной политики. А они такие:

— Самый принципиальный вопрос — а нужны ли неквалифицированные мигранты вообще России — та самая темная кишлачная масса, которая используется на подсобных, грязных и тяжелых работах типа «подай-принеси», «бери-кидай-разравнивай лопатой» и т. д. Наличие таких гастарбайтеров только консервирует самые отсталые технологии в строительстве, сельском хозяйстве, ЖКХ и т. д., поскольку позволяет обходиться без современных технологий за счет дешевой неквалифицированной рабсилы.

— Нынешняя миграционная политика создает хорошую почву для коррупции и откатов в среде чиновников, МВД, ФМС и т. п. за счет выбивания квот, оформления работников, проверок и пр. Причем на самых разных уровнях — от начальников департаментов в местных органах власти до участковых инспекторов полиции, санитарных и пожарных инспекторов.

— Система квот на заграничную рабсилу крайне неблагоприятно воздействует на рынок труда, где за счет демпинга на зарплатах и кумовства (землячества) начинается доминирование отдельных диаспор. В некоторые сферы коренным жителям либо не пробиться, либо уровень зарплат такой, что нормальный местный житель туда не пойдет.

— Массовая миграция создает крайне сложную социальную обстановку, когда в некоторых школах уже не остается «русских» классов, да и в тех, где значительное число детей мигрантов, уровень преподавания сразу резко падает, потому что у учителя не хватает времени, чтобы равномерно распределять его на всех.

Плюс резко возрастает нагрузка на здравоохранение — многие жительницы из отдаленных среднеазиатских кишлаков специально едут в Россию рожать, обходясь без полиса и понимая, что на улице роженицу не оставят. Перегружается общественный транспорт — достаточно понаблюдать на то, кто именно едет в автобусе и метро в некоторые спальные районы.

— Растет угроза исламского фундаментализма. Все эти ИГИЛ *, Хизб ут-Тахрир ** и прочие террористические и экстремистские группировки возникают и процветают чаще всего именно в среде незаконных, да и вполне законных гастарбайтеров.

— Наконец, растет этническая преступность. Выходец из кишлака считает вполне нормальным при случае украсть ограбить, плюс гормоны играют, а русские женщины кажутся такими доступными…

Фактически под предлогом нехватки рабочей силы, а в реальности из корыстных интересов тех, кто кормится у нас на миграции, страну открывают для чуждой и даже враждебной силы.

Между прочим, эти отговорки в пух и прах разбиваются опытом предпринимателей, которые принципиально обходятся без гастарбайтеров. Таких в стране всё больше. Например, Ирина Савватеева, совладелица «Питомника Савватеевых», крупного хозяйства в Московской области с филиалами в Тульской и Белгородской областях, говорит прямо: «Много лет назад мы предприняли попытку взять на работу нескольких таджиков. И вот, в один прекрасный день, сразу же после получения зарплаты, все работавшие у нас таджики снялись и уехали домой. Без предупреждений… Все говорят: „Работников среди местных найти невозможно“. Я не понимаю — почему? У меня местные работают везде! Как находили? Очень просто. Людям надо нормально платить и нормально к ним относиться»…

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.